27 июля 1951 — Группа Перекопская

Сегодня нам предстоит пеший переход из Строгановки в Перекоп. В Перекоп можно попасть двумя путями: по берегу Сиваша, в обход его, что составляет около 35 км, и прямо через Сиваш, пройдя всего 12 км. Мы решили идти через Сиваш. Переход через Сиваш очень труден, и даже местные жители не решаются идти по нему без проводника.

Особенно труден путь в то время, когда восточный ветер нагоняет на него воду с Азовского моря, и на Сиваше появляется много ям, в которых легко погибнуть. На наше счастье ветер дул с запада, и дно Сиваша обнажилось. В такое время Сиваш представляет собой у берега очень густую грязь, на которой легко стоять и почти не проваливаться. Таким мы увидели Сиваш в первый раз. Накануне тов.Оленчук указал нам путь, по которому мы должны были идти. Этим путем в 1920 г. шли на штурм Перекопа бойцы доблестной Красной Армии. Этим путем в 1944 г. шли славные советские воины, освобождавшие Крым.

Погода сегодня очень хорошая. В 7 час. утра мы уже на берегу Сиваша. Попрощавшись с секретарем здешней комсомольской организации, мы отправляемся в путь. 

На расстоянии около километра от берега Сиваш покрыт засохшей коркой соли. Этого никто из нас не ожидал, так как никто ничего об этом нам не говорил. Идти становится очень трудно. Острые кристаллы соли впиваются в босые ноги, небольшие ранки разъедаются солью. Ландшафт кругом очень напоминает зимний: от соли все кругом было как будто покрыто снегом. Очень хочется пить. Не прошли еще и половины пути, а  все заметно устали. Берег, оставшийся позади, постоянно заволакивается дымкой. Солнце поднимается все выше и становится все жарче. Соль очень сильно нагревается. Когда до берега остается совсем немного, соль раскаляется до того, что на ней нельзя стоять босиком и последние сотни метров приходится бежать, несмотря на усталость. Добежав до берега, Володя и Толя сейчас же отправляются в Перекоп за водой. Поднявшись на пригорок, мы увидели небольшое село. Оказывается, это и есть город Перекоп — все, что осталось от него после немецкого нашествия. Вода в Перекопе оказалась очень плохая: мутная и немного соленая. Набрав воды, Володя с Толей быстро возратились назад к Сивашу. Вся группа расположилась в каком-то старом окопе на отдых. Закусив сахаром, все отправились в Перекоп. Еще в Строгановке тов.Оленчук посоветовал нам встретиться со своим старым другом, участником Гражданской войны — тов.Гекало. Но в Перекопе нам сказали, что тов. Гекало живет в Армянске, и мы, не задерживаясь здесь, на машине отправились в Армянск, который находится в 7 км от Перекопа и лишь немного больше него.

                                                                                       Автор неизвестен

Воспоминания А.И.Маслова (2024 г.):

«...Что касается нас, то поначалу всё казалось очень простым. Иван Иванович вышел с нами на берег, показал на горизонте белый шпиль памятника, и сказал: «Вот так и идите прямо на него. Воды нет, почти сухо. А в Перекопе передайте привет моему другу товарищу Гекало, непосредственному  участнику тех событий». И хотя до этого шпиля было 12 километров, он был прекрасно виден. А в том, что было действительно сухо, мы убедились уже на следующий день

Ранним утром следующего дня мы смело двинулись вперёд. Да, у берега было сухо. Высохший ил был покрыт толстой коркой соли, которая  была довольно плотной. Но дальше дело пошло хуже. Там, где ила было больше, ноги начали проваливаться в густой ил, так что сразу возникла катастрофическая проблема с обувью. Мои парусиновые туфли сразу пришлось снять, так как они явно не выдержали бы такого испытания. И дальше идти босиком. Мы ребята закалённые. Босиком, так босиком, но соль постепенно начала нагреваться так, что скоро мы шли уже как по горячей сковороде, а до конца пути было ещё очень далеко. Скорость хода заметно упала, и начало казаться, что наш ориентир, белый обелиск, совсем не приближается. Как будто мы просто застряли где-то в посреди  этой бесконечной соляной пустыни. Взятая с собой вода быстро закончилась, а солнце поднялось высоко и стало очень жарко. К тому же почти все без головных уборов, ведь были уверены, что пройдём этот путь быстро. Стали делать остановки, но и отдохнуть-то по-настоящему не получалось. Посидеть можно только на рюкзаках, но они из-за этого мокнут. Поэтому, как видно на снимке, во время очередного привала я просто держу свой мешок на голове, чтобы хоть немного дать отдохнуть спине. И, наконец, на одной из остановок, когда казалось, что осталось идти уже совсем немного, девочки вдруг потребовали оставить их одних, а меня и Володю Маслова (да-да, мы были однофамильцами), как единственных мужчин в группе, попросили идти вперёд на разведку и найти воды. Мы не стали разбираться в причинах и перебежками, останавливаясь для того, чтобы, разгребая соль, хоть немного остудить ступни в прохладном иле, поспешили вперёд. 

Когда мы, наконец, дошли до берега, то оказалось, что за преградой из колючей проволоки, оставшейся после боев во время ВОВ, очень высокий крутой берег, на который мы с трудом забрались. И уже наверху увидели сначала большую систему обороны из целого ряда окопов, а потом вдали несколько домиков, сохранившихся здесь после войны. Это и был тот легендарный Перекоп, о котором слагали песни. Но больше всего поразил сам памятник. Оказалось, что это просто сколоченный из досок высокий стержень на некоем пьедестале, покрашенный белой краской. Были ли там какие- либо надписи, я не помню. И это больше всего удивило.

Свою главную задачу – найти воду, мы решили быстро. Нашли колодец, достали воды, но она оказалась немного соленой. Сначала напились, а потом начали отмывать руки и ноги от засохшего ила. После этого, набрав полное ведро воды, пошли встречать наших девочек. Они поднялись наверх, но дальше идти уже не могли, а залезли в глубокую траншею, где нашли, наконец, такую желанную тень. Когда мы подошли, все достали кружки и подняли их над собой, а мы с Володей всем наливали, добавив ещё по два кусочка колбасы и кусочку сахара, чтобы хоть как-то восстановить силы. Сил, конечно, уже не было никаких, поэтому дальше никуда не пошли, а так и остались отдыхать на этом месте. И только к вечеру вышли к посёлку, где и устроили ужин и ночёвку.»